b/w

тихая лесби

Именно в предпоследний день уходящего прошлого года угораздило меня, самую умную, ломануться в Ашан. Таких умных в тот час оказалось там столько, что любой китаец мигом познал бы все разнообразия диссонанса, увидев это.
Я протискивалась сквозь толпу, волокла тележку и кидала в нее баночки, коробочки, пакетики, бутылки и сетовала вполголоса на людскую несознательность.

Разве им трудно было побеспокоиться заранее? Не разумнее было бы закупиться вчера и оставить этот день мне и тем немногим, кто был неимоверно занят накануне?
Увы, видимо, за всю историю цивилизации не настолько еще взошли и окрепли ростки сознания в основной массе homo sapiens, чтобы научиться разумно планировать дела наперед.

Тележка уже была почти доверху набита всяким съестным и вкусным. Я продвигалась к кассе, готовая проститься со своими любимыми тугриками, обреченными на горечь расставания со мной.
Подкатив к кассе, я ее не увидела, поскольку между нами толпились те самые несознательные, числом не менее сотни, которые не удосужились сделать покупки заблаговременно.

Ни разу не склонная к нытью, я безропотно воткнула на свои места наушники и погрузилась в наслаждение любимой музыкой с любимого mp3-плеера "Transcend", служащего мне верой и правдой вот уже четыре года.
Минут через пять, когда я как раз мысленно отбивала джаз-драйв "Minor Swing'a" в сногсшибательном исполнении Yorgui Loeffler и уже было готовилась плавно плыть с Ray Charles по скорбно-красивому течению его "Ol' Man River", за мной встала женщина лет сорока.

Одета она была вполне стандартно. Буквально, глазу не за что зацепиться: шапочка, шарф, куртка, джинсы, сапоги (кстати, недешевые по виду). А все ж таки, было что-то странноватое, загадочное и настораживающее во всем ее облике.
Сейчас я буду обязана воскликнуть, что у нее был очень необычный взгляд. В низкосортной литературе в подобных случаях принято говорить именно так. Но это в низкосортной литературе! У меня-то такая банальность не прокатит. Так что в необычности взгляда я ей отказываю. Обычный у нее был взгляд - уставший. Да и вся она была обычная. Ничего экстраординарного в ней не было. Пошутила я.

- Привет! - сказала она мне и улыбнулась. - Как дела?
Я напряглась. Как-то я не привыкла оттачивать мастерство диалога в очередях. Однако, будучи великолепно воспитанной, я радушно улыбнулась и ответила, что у меня все заебком. На самом деле я бы ей сказала, что терпеть не могу всякие дежурные вопросы. Особенно от не пойми кого. Особенно о моих делах, поскольку для всех мои дела всегда обстоят самым отличнейшим образом.

- Жарковато здесь, да? - поинтересовалась она через минуту.
С данным очевидным фактом мне пришлось вежливо согласиться. Следом я, не столь вежливо, запихнула наушники обратно и собралась уже было окунуться в воды Миссисипи с Рэем Чарльзом, а потом пригласиться на блюз с Томом Уэйтсом, как вдруг эта женщина дотронулась до моего плеера и спросила, что я слушаю.

Я мгновенно пришла в бешенство. К тому же, немногим ранее я заметила, что она меня украдкой рассматривает и, скажу, не очень-то мне это пришлось по душе. Внешне, разумеется, я никак этого не проявила, а довольно сухо ответила, что вряд ли мои музыкальные пристрастия стоят ее внимания.

Видимо, раздражение скрыть полностью мне не удалось.
Женщина задумалась на секунду. Потом она дотронулась до моей руки и с каким-то слегка обиженным видом сказала, что она вовсе не хотела ломать мое privacy и что я должна простить ее любопытство и не держать на нее зла, так как такой красивой девушке злость совершенно не к лицу.
Я огляделась по сторонам, чтобы посмотреть на ту симпатяжку, чье лицо обезображено злостью.
Передо мной стояли две старые тетки, перед ними вроде как супружеская пара, еще впереди группа из трех-четырех парней. Все! Никакой лютой красавишны в округе не наблюдалось.
Неужели это она обо мне?!

- Да, девушка! Вы такая красивая и, поверьте, злость вас не красит.
Я обратила внимание, что она все еще касается моей руки.

Страшно не люблю начинать предложения с "и", но сейчас иначе никак.

И тут меня осенило! И тут до меня дошло!

Едва она закончила свой дифирамб, как я сделала предельно доброжелательный вид и сказала, что вообще-то я слушала не музыку, а аудиокнигу стихов.

- Как интересно! Вы любите стихи?
- Я очень люблю стихи! Как их не любить?! Особенно, если они о несложившейся любви.
- Я вас очень хорошо понимаю.
- Мне приятно, что вы меня понимаете. А какие стихи вам нравятся?
- Очень нравится поэзия Асадова. Просто обожаю его.
- Асадов мне тоже нравится, но никто из поэтов не сравнится с Сафо. Вот я сейчас слушала ее стихи и чуть ли не плакала. А вам нравится Сафо?

Было заметно, что женщина немного растерялась. Она даже слегка замялась.
Я нежно взяла ее руку, которой она держалась за свою тележку.
Глядя ей прямо в глаза я тихо и четко сказала.
- Я слушала джаз, пока вы не начали меня доставать. Стихи я не люблю. А вашу Сафо я вертела на хую своего парня.

Женщина вспыхнула, покраснела и быстро перешла в очередь к другой кассе, но я успела поблагодарить ее за комплимент. Все равно ж, приятно!



У меня тоже. А все сюжеты на одну тему: ты ему добро, а он думает, что за твоими поступками что-то еще. И лезет, камикадзе такой)