glance

таис (ч. 1)

Отец успел дать ей имя, поражавшее всех - Таис, и, через две недели после рождения дочери, умер от отчаяния, вселенского непонимания окружающих и пронзительного осознания чудовищной бессмысленности бытия. Он был художником, жизнь была его профессиональной стихией и объектом изучения, но острый перитонит вовремя и без раздумий прервал взмах кисти над еще одним неоконченным холстом.

Мать сполна одарила ее строгой красотой, несгибаемой верой в высшее предназначение и безверием во все остальное.
Понеся невыносимую художественную потерю, она стала восполнять утраченное в прокуренных и пропитых арт-подвалах. Утоление чувства прекрасного шло параллельно с успешными поисками истины и утешения, частенько завершаемые коротким скрипуче-ритмичным ноктюрном - священным гимном очередной неувядаемой любви.
Спустя семь лет, по роковой воле какой-то злобной неведомой силы, она утонула на пикнике за две недели до третьего замужества.

Маленькая Таис осталась на руках бабушки - женщины сложной судьбы, тяжелой руки и крутого нрава.

Нельзя сказать, какими прихотями тешила себя злобная неведомая сила, но бабушка завершила свой нелегкий земной путь в аккурат на третью неделю после школьного выпускного вечера, оставив Таис на пороге взрослой жизни совсем одну.

Видимо, со временем устыдившись своих черных дел, или элементарно получив по шапке свыше за былой волюнтаризм, неведомая сила через пять лет решила привести баланс попранной справедливости в некое подобие равновесия.
Сила не стала утруждаться глубокой проработкой логики сюжета и действий, а сделала это при помощи заезженного драматического штампа, банального не только до неприличия, но и до полной невозможности.

Произошло это так.
Таис сидела на лавочке перед тремя могилами - отец, мать, бабушка.
Ее глаза были сухими, губы сжатыми, лицо неподвижным.
"Сюда я больше никогда не приду. Вы меня оставили и я вас отпускаю. Простите и прощайте!"

Она поднялась, вышла из заржавевшей оградки, замотала дверцу на проволоку и пошла по аллее к выходу с кладбища, внимательно смотря под ноги. Разумеется, она ни разу не оглянулась, как того и требовали текущие лейтмотив и накал момента.

Все то время, пока Таис сидела за оградкой, за ней пристально наблюдал немолодой полноватый мужчина, лет пятидесяти от роду, одетый дорого, но неброско.
Он стоял за деревьями на достаточном расстоянии, чтобы не привлекать внимания и в то же время держать в поле зрения весь пейзаж.
Мужчина периодически затягивался электронной сигаретой. По его расслабленному и слегка отрешенному виду было заметно, что пребывание и курение на лоне природы ему в удовольствие, поэтому он держал пейзаж в поле зрения не очень старательно и едва не проворонил уход Таис.

Неслышными, упругими шагами, столь неожиданными для его возраста и комплекции, он нагнал ее и негромко кашлянул.
Таис быстро обернулась.
Немолодой мужчина приподнял шляпу и вложил все силы в улыбку, чтобы ее можно было бы с уверенностью назвать приветливой, радушной и обаятельной. В определенной мере ему это удалось. Без улыбки подобного рода он выглядел вылитой копией колоритного гангстера из старых, добрых фильмов о временах великой заокеанской депрессии. Шляпа, костюм в полосочку, массивный перстень на мизинце и тонкая ниточка усов подтвержали - копия верна.

- Таис Александровна, простите меня ради всего святого, но мне бы хотелось...
- Вы кто?
- Василий Андреевич...
- Жуковский?
- Эммм, нет, не Жуковский. Шульман. Василий Андреевич Шульман.
- Шульман и Василий Андреевич?! Очень интересно!
- Эммм, да, возможно, но мне бы хотелось с вами поговорить.

Таис остановилась и холодно посмотрела на Шульмана.
- Кто вы такой и о чем хотите поговорить?
- Да, простите еще раз. Я - адвокат Шульман Василий Андреевич. Вот, пожалуйста, моя визиточка. Мой клиент дал мне поручение переговорить с вами об одном деле, чрезвычайно для него важ...
- Подождите! Ваш клиент принципиально настаивал, чтобы разговор проходил на кладбище?
- Нет, нет, что вы?! Не заостряйте на этом внимание, просто я...
- Просто вы, на мой взгляд, долго ходите вокруг, а для хорошего адвоката это неприемлемо, если только цена вопроса не заоблачная. Излагайте суть дела и я обещаю подумать.

Шульман профессионально подобрался и задумался, продолжая упорно удерживать простецкую улыбку. Опытнейшим взглядом, которым он насквозь пронзал изнанку любой человеческой натуры вот уже тридцать с лишним лет, он безошибочно определил диспозицию: она ему нужна, он ей - нет.

- Давайте поступим так: раз уж вы заинтересовались сутью дела, нам стоило бы спокойно сесть в уютном уголке и все спокойно обговорить, а заодно и покушать. Я изложу дело, вы подумаете и дадите ответ. Хорошо?
- Да, хорошо. Мы сейчас сядем на эту уютную лавочку и вы откроете мне тайну своего дела. Затем я вас оставлю и вы можете кушать, где и что захотите. Если дело действительно настолько важно, что требует именно моего ответа, я вам непременно позвоню.

Определенно, девушка умна и пытается им манипулировать, но Шульману это даже нравилось, поскольку никто не говорил, что старому еврейскому адвокату чужды доля романтики и капелька творчества в ремесле.
- Ладно, ладно. Сдаюсь! Извольте в таком случае, Таис Александровна, присесть и внимательно меня выслушать.

Они сели на лавочку на центральной аллее.
Шульман вытер лоб платком, прогнал улыбку и начал.
- Много лет назад мой клиент, ныне проживающий за границей, был дружен с вашими родителями. Ваш отец был художником и после него остались несколько работ, законной и полноправной владелицей которых вы и являетесь. Я не очень силен в живописи, но по словам моего клиента ваш отец был талантливым художником и его картины, хоть и представляют не самую великую денежную ценность, но достойны того, чтобы быть представленными интересующейся публике. Теперь, собственно, суть дела: мой клиент желает устроить выставку работ вашего отца здесь и в Америке. Для этого он готов подписать с вами договор на определенных условиях. Разумеется, вы получите некоторую часть отчислений от дохода с этого, скажем так, как бы авантюрного предприятия.

Закончив тираду, Шульман снова вытер лоб и достал электронную сигарету.
Таис кивнула своим мыслям и поднялась.
- Скажем так, я поняла вас и как бы поверила. Ваша визитка у меня есть. Я позвоню вам сразу, как только приму решение. Всего доброго!

Она пошла по аллее к воротам, а Шульман остался сидеть на лавочке со своей сигаретой в зубах и некоторой растерянностью от полученной доли романтики и потенциальной капельки творчества.
Не такого финала он ожидал. По уверениям клиента, по его собственному плану, девчонка должна была моментально дать согласие и задать всего один вопрос - о цене, ответ на который был обговорен и утвержден.
Две тысячи долларов наличными, приготовленные для Таис, остались лежать в пухлом лопатнике Шульмана.


Tags:
promo incopula september 17, 21:00 44
Buy for 100 tokens
Ах, как жаль, что моя машина времени стоит сломанная на балконе! Так бы я, конечно, залезла в нее, нажала нужные кнопочки и метнулась на денек-два, к примеру, в умчавшийся июль, чтобы снова ощутить беззаботную лень и приятные прогулочки по приморскому городку, где я была в гостях у однокурсницы.…
А меня заинтриговало. Таис характером в бабушку пошла.

все, что под тегом "фикция" - мой литературный вымысел..
жду продолжения.По такой заявке и кино можно снимать...
Надеюсь, продолжение столь душещипательной истории не заставит себя ждать
Две тыщи баксов? На кладбище? Этот еврей чокнутый. Если в жизни реально , комо то понадобилось что то там поиметь с этой наивной девочки Таис? Он бы каким то дешёвым прикупом ,заманил её в свою приёмную и мариновал бы её в ожидании разговора ....до тех пока она не поспела до требуемой кондиции. Подписать всё и более того....только за обещание перезвонить завтра.
Хищник тем и отличается от жертвы, что выдержка (хищника) кошки в десятки раз превосходит выдержку мышки.
: А мне вспомнился алкогольный напиток моего старшего школьного периода. Кажется, он так и назывался - «Таис». Или «Наис», уже не помню точно.
Помню, что был он очень сладкий и пился приятно, потому вначале мы с товарищами отнеслись к нему скептически, сочтя пойлом для детей, женщин и слабых духом. Однако когда после распития пары бутылок у нас напрочь отнялись ноги, руки и способность здраво оценивать окружающую действительность, мы пересмотрели свое отношение и высочайше оценили мощь этого напитка как деликатеса и отличного средства спаивания прекрасных дам. Ах, милые забавы золотого детства...
Захотелось продолжения, интригует слогом)
Красиво написано, жду продолжения +)
Чуть больше бы для завершенности